В 2026 году налоговый контроль в отношении малого бизнеса заметно сместился в сторону превентивной работы. Предприниматели все чаще получают уведомления о возможных правонарушениях или вызовы для дачи пояснений еще до того, как ситуация переходит в стадию полноценного спора. Основной предмет внимания – дробление бизнеса и риски подмены трудовых отношений. Для компаний это означает, что налоговая служба активнее отслеживает не только уже выявленные нарушения, но и модели поведения, которые потенциально могут быть признаны спорными.

По словам специалистов, в первую очередь в поле зрения попал бизнес, который до 2026 года использовал патентную систему налогообложения, а после изменений в налоговой среде перешел на УСН или АУСН. Именно этот переход стал для системы одним из заметных сигналов. При этом речь идет не о точечной реакции на отдельные жалобы, а о более массовой работе: предприниматели получают обращения от налоговых органов по формальным признакам, которые алгоритм оценивает как повод для дополнительного внимания.

Такие признаки, как правило, связаны либо с родством между индивидуальными предпринимателями, либо с наличием совместной трудовой истории. Иными словами, если между несколькими участниками бизнеса прослеживаются семейные связи или прежние рабочие пересечения, система может интерпретировать это как потенциальный риск дробления. Важная особенность в том, что на этом этапе автоматический анализ не оценивает фактическое ведение деятельности. Он не разбирается глубоко в том, как именно устроены процессы, действительно ли бизнесы независимы друг от друга и есть ли у них самостоятельная экономическая логика.

Для деловой среды это значимый сигнал. Если раньше предприниматели нередко исходили из того, что интерес налоговой службы возникает уже после накопления серьезных претензий, то теперь акцент смещается на раннее выявление формальных индикаторов риска. Само по себе уведомление или вызов для пояснений еще не означает установленного нарушения, однако уже требует внимания, подготовки документов и продуманной позиции. Особенно это актуально для малого бизнеса, где юридическая и налоговая архитектура нередко строилась из соображений удобства, а не с расчетом на последующую формальную проверку.

Усиление контроля связано и с более широкой динамикой на рынке. На фоне налоговой реформы в конце 2025 года резко выросло число регистраций бизнеса. Например, в розничной торговле показатель увеличился на 21% и достиг 38 580 при среднем месячном уровне 12 875 регистраций. Одновременно с этим высоким оказалось и число закрытий бизнеса. Такая картина может восприниматься налоговыми органами как признак повышенной турбулентности в сегменте малого предпринимательства, где рост новых регистраций не всегда означает расширение рынка, а иногда может быть связан с перестройкой организационных схем.

Именно в этом контексте превентивные письма и вызовы для пояснений выглядят не случайной кампанией, а частью более системной стратегии. Налоговые органы стремятся раньше замечать конструкции, которые могут использоваться для незаконной оптимизации, и тем самым ограничивать практики, связанные с перераспределением доходов, статусов и формальных ролей между несколькими субъектами. Для малого бизнеса это означает необходимость внимательнее относиться к структуре владения, кадровым моделям и логике разделения деятельности между ИП и компаниями.

Практический вывод прост: бизнесу важно быть готовым объяснить, почему разные субъекты действительно ведут самостоятельную деятельность, как распределяются функции, на каком основании строятся отношения с исполнителями и почему используемая модель не является способом ухода от налогов или маскировки трудовых отношений. В новой реальности формальных совпадений уже достаточно, чтобы оказаться в зоне внимания. А значит, устойчивость бизнеса все чаще будет зависеть не только от выбранного налогового режима, но и от способности подтвердить экономический смысл своей структуры.